Галина Синькова рассказывает о том, как жилось девчонкам в годы войны

Галина Синькова рассказывает о том, как жилось девчонкам в годы войны

Долго думала, о ком из тружеников тыла я могла бы рассказать. И вот, как-то возвращаясь с покупками домой, проходила мимо нашего ЦКиД. Смотрю, по площади семенящей походкой ходит женщина преклонного возраста. В ней я узнала Галину Георгиевну Синькову.

— А я уже и зарядку дома сделала, а теперь вот вышла погулять, — сказала она. Я спросила, сколько же ей лет.

— Девяносто три, — ответила моя собеседница.

Ай, да Галина Георгиевна! Это ж надо, в таком-то возрасте!

Мы договорились о новой встрече. Теперь я точно знала, что именно об этой женщине, о ее трудовых буднях во время Великой Отечественной Войны я и поведу свой рассказ.

На другой день я поднялась в ее квартиру в назначенное время. Она тут же засуетилась. Надо губки подкрасить, надеть жилет с наградами, куда-то шапку положила — мы договорились посидеть в кафе и побеседовать за чашечкой кофе. Ну, вот все готово, и мы уже идем в кафе, которое расположилось совсем недалеко от ее дома.

По дороге она успевает мне рассказать, что родилась  в Ильинском Погосте в 1928 году. В семье было семь детей. Выжили пять девочек: Тамара, Анна, Лариса, Галина и Аза, а мальчики умерли в младенческом возрасте. Мама, Мария Николаевна, работала горничной у Земского начальника, немца. Папа родился в Киеве, потом переехал в Москву. Позже был назначен Председателем комитета бедняков в Егорьевске. Георгий Николаевич был грамотным, начитанным человеком, и позже его приняли на работу писарем в Земскую управу. 

Окончив семилетку, Галина Георгиевна не смогла больше учиться, так как дальнейшее обучение было платным. Семья была большая, и у родителей не было возможности оплачивать обучение дочери. Так в 1942 году в свои неполные 15 лет Галина Георгиевна поступила на работу в Торг. К этому времени семья уже жила в поселке Куровское. Директором Торга в то время был Гоголев Аким Акимович, обладавший крутым нравом. Но на самую трудную работу выходил первым. Надо пни выкорчевывать – идет на корчевку. И так во всем. «Он был примером для всех работников Торга», — пояснила моя героиня. Галине Георгиевне сначала поручали легкие задания, с которыми она справлялась очень быстро, а все остальное время сидела без дела. Это было не в ее характере. Она с малых лет видела себя за прилавком и просила перевести ее работать в магазин. И вот, спустя некоторое время, она уже в магазине на Советской улице, в котором продавали ветошь и жидкое мыло. Ее назначили помощницей продавца. Но проработала она там недолго.

По приказу свыше, наравне со взрослыми женщинами, не имеющими детей, ее стали отправлять на Беливские болота за торфом. Дорога была длинной и проходила через ров, заполненный водой,  в результате чего ноги всегда были мокрыми и холодными. Простужались, но болеть было некогда. Надо выполнять норму. «Все для фронта. Все для Победы» — эти лозунги требовали полной отдачи сил. В случае невыполнения нормы приходилось еще раз проходить километры пути на болота и обратно. Зимой было очень тяжело тащить санки размером 100 х 70, нагруженные торфом, но никто не жаловался. Время было суровое. Враг еще не был разбит. И своим трудом женщины и дети помогали ковать Победу.

Когда Куровской Торг переименовали в ОРС (Отдел рабочего снабжения), Галину Георгиевну перевели в подсобное хозяйство, где выращивали капусту и картошку. Чтобы добраться до подсобного хозяйства, надо было идти по кочкам, колдобинам, рытвинам – дороги как таковой не было. Там ей приходилось копать землю под картошку, сажать и убирать ее наравне со взрослыми. Детских норм не было. В подсобном хозяйстве была единственная лошадь. Женщины запрягали ее и шли за ней по полю, делая борозды. Чтобы успеть сделать дневную норму, приходилось потом чуть ли не бегом бежать вдоль борозд и бросать туда картошку. Норма, норма, норма. Эти слова въелись в душу девчонки. Но её упрямству и работоспособности мог бы позавидовать любой мужчина. Не было такого, чтобы она не справилась с работой. Были случаи, когда ей завышали норму, но она и завышенные нормы выполняла. Такой вот у Галины Георгиевны бойцовский характер. 

А срубать капусту приезжали мужчины с текстильного комбината. Собранный урожай грузили на дрезину и свозили во двор комбината. Затем капусту мелко рубили и отправляли в огромный зацементированный чан. Галину Георгиевну и еще одну девочку спускали в этот чан по лестнице, и они топтали пересыпанную солью капусту.  Две маленького росточка девчонки работали в резиновых сапогах. Таким образом, капуста утрамбовывалась и сверху плотно укрывалась для дальнейшего сквашивания. Позже из нее варили щи для работников комбината. В щи добавляли и лебеду. Обеды стоили тогда 25 копеек и состояли из пустых щей, жиденькой картошки и компота или травяного чая. Кстати, компот варили даже из желудей.

Работали в подсобном хозяйстве с 4 утра и до 12 ночи. Было очень суровое военное время. Опаздывать было нельзя. Им говорили: «Вы-то хоть немного, да поспите, а солдаты на войне совсем без сна». Эти слова имели большое значение для них, молодых патриотов. Они совсем не жаловались на усталость и недосыпы. Брали с собой еду, и, когда выдавалось свободное время, перекусывали. В семье Галины Геннадьевны были козы, и поэтому свежее молочко помогало ей сохранять силы. Хлеб отпускался строго по норме. Картошку тогда называли «вторым хлебом».

Однажды во время уборки картофеля пошел дождь, и девчонки спрятались от него под телегу. На другой день вышла «Молния», в которой их обвинили в дезертирстве. По закону военного времени был назначен товарищеский суд. Но им чудом удалось уйти от наказания — их оправдали.

Молодые девчонки участвовали и в погрузочно-разгрузочных работах. Мешки были большие, неподъемные, но хрупкие девичьи плечи и это выдержали. Все работали на Победу. Это был большой стимул. Мешки грузили на повозку, в которую запрягали быка Понтика — лошадей не хватало — и он вез свой груз к месту назначения.

Еще работники ОРСА заготавливали еловый лапник с молоденькими шишечками. Его измельчали, и повара умудрялись из него готовить светлый витаминный соус, которым заправлялись пустые щи.  

— Галина Георгиевна, а чем вам платили за работу? — задаю я вопрос моей собеседнице.

— Палочками. Мы их сдавали, и нам отмечали выполнение нормы. А вот давали ли нам деньги на руки, не помню. Но после войны заработная плата была 50 руб.

Галина Георгиевна Синькова награждена орденом Отечественной войны, медалью «За долгосрочный доблестный труд», двумя медалями «Победитель социалистического соревнования», четырьмя юбилейными медалями. Она до сих пор ведет активный образ жизни, словно ее и не коснулись все тяготы военного времени.

Источник: Сетевое издание «Орехово-Зуевская правда»